Детский лагерь «Штормовой»

Встречи - Дмитрий Чапуровский

"...редкие люди - редко меняются...", - сказал тот, кто и 21 год назад был на пол-головы выше. Они уже какое-то время гуляли по вечернему городу - вожатый и "ребёнок", которым никогда не стать «бывшими»...

Два взрослых мужика, неспешно идя сквозь пьющих пиво малолеток и огибая синюшных лоточников, - не замечали их, как и нет всего этого, просто радовались редкой встрече и вспоминали кусочек жизни, оставленной "где-то там", в Сказке... "...а у меня - тоже двое, только дочка старшая...", - сказал вожатый, "...ну, чем-то мы должны отличаться...", - ответил "ребёнок", и возник новый поворот в разговоре... Уже не первый...

"...что ты был боцманом, - помню, а вот как за флагом на мачту лазил..." - "...это потому, что ты добрый, - вставил и забыл..." - "...наверное...", и улицу огласил чистый, почти детский, добрый смех двух рослых детин "в самом расцвете"...

"...он был в Совете «Орлёнка»?..." - "...а ты хотел, чтобы мы любимую эскадру разнесли?! - нет уж..." - "...а с Дашей помирились?..." - "...а мы и не ругались, так, кормила на убой...", и так 6 часов, пока "ребёнок" не проводил вожатого до его пристанища и не поехал домой - до утра слушать их песни и вспоминать, вспоминать...

1-я смена 1986 года... Она тогда стала последней действительно орлятской сменой... Потом все дружины «Орлёнка» были настолько разорены "жертвами землетрясения" (не имеющими к пострадавшим никакого отношения), что в "чернобыльские" смены детям спать было не на чем, не то что нормально с ними работать... Даже в 90-м на «корабль» было больно смотреть: двухъярусные шконки куда-то пропали, от аквариумов до потолка - очертания крепёжных рам на разодранном линолеуме, рынды - и те украли (в каком борделе сейчас красуются названия боевых кораблей?...)...

Со временем, периодически приезжающие "старички" кое-что подлатали-подкрасили, потом «Штормовая» обрела нового начальника (погиб в автокатастрофе), "дожавшего" орлятское руководство хоть на какой ремонт... Возвращались наши вожатые (один из них сейчас начальником), у нас появилась своя мини-верфь, возрождаются угробленные "постсоветскими" экспериментаторами традиции... И снова белые полоски на гюйсах юнморов и гардемарин - как бельмо в глазу: всё неймётся, какие-то полторы сотни детей каждую смену остаются лучшими и действительно особенными, заметно выделяясь среди нескольких тысяч просто приехавших "отдохнуть за свои деньги"...

"...а чего ты не едешь вожатым?..." - "...а тебе детей не жалко?..." - "...ну, там-то тебе с коммерческим и промышленным шпионажем не бороться..." - "...а рефлексы?! - другое дело, если студию решат делать, - хоть душу отвести..." - "...ты ещё и музыкант?!..." - "...я - сначала музыкант, потому и технологиями занимаюсь, а не торгашеством...", снова вернулась затейливая нить разговора "туда". А время - к полночи...

"...а ты совсем не изменился, всё такой же шебутной..." - "...моим клиентам расскажи - авось, у кого крепое сердце окажется для такой-то новости..." Вожатый Миша Башков и "ребёнок" Дима Чапуровский - ижевский журналист и московский аналитик - «две жерди» экипажа «Пылкий» из совсем другой, не тутошней по любым понятиям и в любое "время" жизни...

А где-то на берегу Чёрного моря, среди непонятно откуда взявшихся кипарисов, заканчивается ещё одна смена... И новые вожатые рассказывают новым "детям" историю и традиции Русского флота, учат вязать морские узлы и управлять канонерками, возят по местам боевой славы... А "дети" учатся быть людьми - честными, верными, дружными... А начальник собственным примером показывает тем и другим - какими были и должны оставаться орлятские традиции...

Семь футов под килем, ребята! И пусть в ваших жизнях тоже будут такие встречи - с вожатыми, с "детьми"... С собой...


Дмитрий Чапуровский ( г. Москва )
1-я смена 1986 года